| ДАЙДЖЕСТ: |

(Малоизученные страницы истории чеченского народа)
Успешно окончив Северную войну, Петр I стал готовить военный поход для присоединения к своей империи Прикаспийских территорий Кавказа. К маю 1722 года подготовка завершилась. Задолго до начала похода Петр «приласкал» и настроил в свою пользу почти всех владетелей Северного Кавказа и Дагестана. Перед прибытием российского войска к устью Терека был обнародован манифест на «татарском, турецком и персидском языках», для распространения и популяризации которого на Северный Кавказ послали группу дипломатов. Манифест агитировал местное население «оставаться в спокойствии», то есть не оказывать русским войскам сопротивления, а «содействовать», что означало капитуляцию без боя.
Из народов Северного Кавказа на этот раз только чеченцы в тесном союзе с владетелями города Эндери выступили против похода Петра еще до его начала. Свой протест они выразили вооруженным нападением в 1721 году на русскую крепость Терки, построенную колонизаторами в равнинной Чечне, и теперь, весной 1722 года, в полной боевой готовности ждали нашествия петровских войск. И не ошиблись в своих ожиданиях. Когда император во главе могущественного флота, состоящего из 400 галерных и 47 парусных судов, вышел в Каспийское море и взял курс к устью Терека, многотысячная русская кавалерия получила приказ двигаться степью усиленным маршем на главный опорный пункт непокорных чеченцев и кумыков Эндереевского княжества – к крупнейшему чечено-кумыкскому поселению Эндери.
Основная задача экспедиции состояла в том, чтобы наглядно продемонстрировать военное могущество империи, показать неотвратимость жестокого наказания всех, кто стремится сопротивляться ее натиску. О масштабах конной армии, устремившейся на «мятежников», можно судить, исходя из количества ее вспомогательных частей: 10 тысяч донских казаков, 5 тысяч отборных всадников калмыцкого хана Аюки, а так же присоединившихся к ним уже на Кавказе конных отрядов «владетелей Большой Кабарды Эльмурзы Черкасского и Малой Кабарды Асламбека Комметова».
Общее командование всей этой многотысячной конной армией было поручено бригадиру (бригадному генералу) Ветерани и полковнику Наумову. В двадцатых числах июля 1722 года конница по непосредственным предводительством своих главных командиров (Ветерани и Наумова), разделившись на две части, вступила в пределы Эндереевского владения и, по словам русского историка XIX века В. Потто, «встречена была неприятелем, засевшим по сторонам пути в густом лесу, и понесла чувствительную (читай – огромную) потерю в людях. Вместо того, чтобы как можно скорее миновать лесное ущелье, Ветерани стал обороняться в теснине». Между тем, полковник Наумов во главе отдельной части кавалерии ворвался в Эндери и сжег многие дома в этом городе. Но это была не победа, и оба полководца с большой поспешностью, напоминающей бегство, повернули обратно в степь, понеся огромные людские потери.
Чтобы как-то сгладить горечь провала первой же экспедиции, командиры русской конницы в своих официальных реляциях попытались нарисовать картину полного уничтожения Эндери и поражения чеченцев. Петр же, высадившись в камышовых зарослях у Аграханского залива, с нетерпением ждал вестей от Ветерани и Наумова, так как успех или провал первых его военных шагов в крае во многом предрешали дальнейшую судьбу всей кавказской кампании. В начале августа, получив «невеселые вести», император двинулся на Сулак и к вечеру 6 августа остановился лагерем на берегу этой реки. На следующий день в лагерь с дарами и поклонами явились: шамхал Тарковский (его дары – 1600 быков, запряженных в телеги, 150 быков на пополнение провианта, три персидских скакуна, дорогое седло с золотой и серебряной отделкой, мундштук с золотым набором), владетель Аксаевского княжества (его дары – 100 быков для провианта и шесть отборных скакунов), а также владетель Костековского княжества.
Представители Чечни и Эндереевского княжества не явились. Битва русской кавалерии на подступах к Эндери (1722 г.) без всяких оговорок была признана проигранной даже официальными историками Российской империи, хотя признание это и наступило лишь в XIX веке. В. Потто, ведущий российский историк Кавказских войн, писал: «Поражение Ветерани живет и поныне в преданиях кумыкского народа, которые говорят, что рейтеры Петра Великого были сброшены с кручи сильным натиском чеченцев. Кумыки и теперь показывают это место на обрывистых берегах Акташа».
Особенно интересно отметить, что приведенные выше свидетельства дополняются «первыми вестями», дошедшими до Петра в начале августа 1722 года, когда он в течении 10 дней ждал исхода Эндереевского сражения в камышах Аграханского залива (район современной Махачкалы). Эти «вести», основывающиеся не на официальных донесениях командиров, а являющиеся устными свидетельствами местных жителей, гласили: «Русская конница под командованием Ветерани и Наумова потерпела поражение от чеченцев». В наказание за это Петр, вернувшись в Россию после окончания похода, ценою больших усилий и денежных затрат добился, чтобы калмыцкий хан Аюка, с которого довольно было и предыдущего похода, совершил большой набег на Чечню. Этот набег действительно состоялся, но привел совершенно к иным результатам, чем рассчитывал Петр. По чеченским историческим преданиям, подтверждаемых документами из российских и турецких архивов, калмыцкому хану удалось внезапным набегом установить контроль над равниной Восточной Чечни. Однако чеченцы, собравшись силами, не только разгромили хана Аюку, но и добились от него, – в обмен на обещание сохранить ему жизнь, – клятвы никогда не вступать в пределы Чечни с враждебными намерениями.
![]() |
ИНГУШЕТИЯ. Ингушетия получит 32,4 млн рублей на подготовку полей к посеву озимых
Махачкала примет представительный Северо-Кавказский культурный форум
Глава Дагестана утвердил новую структуру исполнительной власти
Три нацпарка СКФО получат более 347 млн рублей на инфраструктуру для туристов
ГРУЗИЯ. Уникальный для Грузии арочный мост достроили на дороге к границе с Россией
ГРУЗИЯ. Кобахидзе озвучил условия для участия Грузии в мероприятиях ЕС